***

наш журнал - это подспорье работникам предприятий пищевой промышленности, производителям и поставщикам оборудования, сырья и ингредиентов

пятница, 28 февраля 2014 г.

Советское прошлое колбасы

У меня, как и, наверное, у многих колбаса ассоциируется со вкусом детства. Помню как после работы мама приносила сверток бумаги с «Докторской» — ее аромат разносился по всей квартире. В холодильнике она долго не залеживалась, уминали в тот же вечер. Эх, было время! «Что особенного в этой хваленой колбасе за 2,20?» — удивляется сейчас молодежь, не заставшая советской эпохи. Да ничего особенного, сущий пустяк — просто колбасу делали из мяса!…

Ни для кого не является секретом, что ни один продукт в советском обществе, особенно, если можно так выразиться, в позднем советском периоде, не имел такого социального и культурного значения, как колбаса.

Это был не просто продукт, а своего рода символ советского строя. Признак благополучия в годы тотального дефицита, причина и самый частый повод для ностальгии нескольких поколений эмигрантов, полноправная тема самых различных форм фольклора и даже литературных произведений.

Мы с детских лет знали: наша колбаса самая вкусная! В смысле, колбаса советская, парадоксальность которой состояла, во-первых, в странном несоответствии стоимости и качества, когда второе много превосходило первое, а во-вторых, в доступности по цене и недоступности по… способу приобретения, ибо за продуктом самого что ни на есть повседневного употребления приходилось ездить в другие города и выстаивать километровые очереди.


Дешевая еда была нужна голодной России 30-х годов. Выполнять поручение партии и правительства Анастас Микоян поехал в Чикаго — там находилось самое передовое на тот момент производство колбасы. Советские чиновники посмотрели на местный мясоперерабатывающий комбинат и заказали себе точно такой же. Правда, рецептуру для колбасы разрабатывали уже в Москве.

Возрождение российских колбас состоялось, когда советская власть уже прочно утвердилась в России. А именно — в апреле 1936 года нарком пищевой промышленности Анастас Микоян подписал приказ о производстве новых мясных продуктов: колбас Докторской, Любительской, Чайной, Телячьей и Краковской, Молочных сосисок и Охотничьих колбасок.

Часть рецептур была разработана заново, другие восстановлены с прежних времен. Примечательно, что Докторская колбаса была специально создана для «больных, имеющих подорванное здоровье в результате Гражданской войны и царского деспотизма».

Рецепт «поправки народного здоровья» был выверен до мелочей: в 100 кг колбасы содержалось 25 кг говядины высшего сорта, 70 кг полужирной свинины, 3 кг яиц и 2 кг коровьего молока.

За 70 лет ГОСТы на эту колбасу менялись, и не один раз: сказывались и война, и советский дефицит. Первые сорта советской колбасы отличались по качеству мяса. В «Любительской» и «Докторской» оно было высшего сорта, а где-то — первого и даже второго.

В эти же годы были построены более 20 крупных мясокомбинатов — в Москве, Ленинграде, Семипалатинске, Энгельсе, Днепропетровске, Свердловске и других городах, оснащенные самым современным для того времени оборудованием. Ведь не напрасно А. Микоян ездил знакомиться с колбасным производством в США!

В годы войны общие потери мясоперерабатывающей промышленности превысили 1 млрд. руб. Многие мясокомбинаты были частично или полностью разрушены. Пострадала и сырьевая база. С оккупированной территории СССР немецкой армией было вывезено, забито 17 миллионов голов крупного рогатого скота, 7 миллионов лошадей, 20 миллионов свиней, 27 миллионов овец и коз.

Однако были предприняты беспрецедентные меры по сохранению поголовья и обеспечению армии и тыла мясными продуктами. С западных территорий были эвакуированы миллионы голов крупного и мелкого скота и лошадей.

В соответствии с требованиями военного времени была проведена перестройка ассортимента в сторону выпуска транспортабельной продукции, мало подверженной порче, такой как солонина, копчености и консервы, а также полукопченые и копченые колбасы.

Для гражданского населения многие предприятия основали производство костных бульонов и ливерных колбас. В тяжелые военные годы в обстановке острой нехватки сырья, в особенности в блокадном Ленинграде, изыскивались возможности использования всевозможных заменителей мясосырья, таких как глицерин, альбумин, желатин, агар-агар, съедобные травы и даже ботва огородных культур.

Когда в январе 1942 года со дна Ладоги подняли затопленную баржу с горохом, на колбасном заводе в кратчайшие сроки была разработана технология выработки гороховой колбасы с добавлением лука, круп и муки. Но это была только вынужденная уступка военному времени. Люди работали по 12–14 часов, перевыполняя план и обеспечивая армию и тыл едой, и, конечно, они победили!

С момента «рождения» и вплоть до конца 50-х основная рецептура «Докторской» оставалась практически неизменной. В 60-х годах начались эксперименты с откормом животных. Это сказалось на колбасе: она стала пахнуть то рыбой, то курами, а иногда и химическим заводом, выпускающим удобрения.

За послевоенным восстановлением разрушенного хозяйства последовала эпоха технического перевооружения мясокомбинатов, совпавшая с ухудшением продуктивности и недостаточным ростом поголовья скота. Причиной снижения качества животных Пленум ЦК партии 1965 года назвал проводимую ранее политику в области животноводства.

В годы правления Брежнева начался спад производства мяса в СССР. Ученые начали разработку технологий комбинированных мясопродуктов: в колбасе появились соевый белок, молочный белок, так называемые препараты крови и даже такие «неудобоваримые» вещи, как казенат натрия.

Чтобы узаконить присутствие в «Докторской», да и других колбасах «картона», появились новые ГОСТы, учитывающие все эти добавки. Например, вареная колбаса под названием «Для завтрака» официально состояла из казената натрия, пшеничной муки и картофельного крахмала.

Недостаточное финансирование животноводства, связанное с гонкой вооружений, и другие проблемы в сельском хозяйстве привели к нехватке сырья для производства продуктов питания. Однако только в 70-е годы появились первые изменения в рецептуре колбасных изделий. В результате небывалой засухи 1972 года из-за недостатков кормов пришлось пустить под нож сотни тысяч голов крупного рогатого скота.

В 1974 году в ГОСТы впервые ввели некоторые послабления. В мясной фарш разрешалось добавлять до 2% крахмала или муки либо заменителей белка животного происхождения — молока или крови. Никто из потребителей колбас не мог почувствовать каких-либо изменений. А недоложенные 2% мяса по стране давали огромную экономию. К тому же козенаты (заменители) в сравнении с ценой килограмма говядины стоили сущие копейки.

Словом, разрешив добавки, мы в некотором роде даже сделали еще один шаг к коммунизму: снизили цену за килограмм “Докторской” с 2,3 руб. до 2,2 руб.


Однако временные трудности с сырьем оказались постоянными. Возникло такое понятие, как дефицит, когда за колбасными изделиями выстраивались километровые очереди, появился советский феномен — так называемые «колбасные» электрички (еще многие помнят этот анекдот: Что это? Длинное, зеленое и пахнет колбасой? — Московская электричка).

Государство умело поддерживало на колбасу спрос созданием мифического ареола таинственности и легенд, основывающихся, прежде всего, на оригинальной рецептуре приготовления советской колбасы. Не знающая маркетинга плановая экономика иногда порождала настоящие рекламные шедевры, в результате которых любая колбаса просто сметалась с прилавков.

Так говорили, что в продажу скоро поступит колбаса «Член политбюро», на срезе которой был виден профиль Ленина из сала. Или колбаса «Останкинская» делается из останков врагов социализма. Хотя были и такие, которые считали автором её рецепта К. Симонова. Помните, в «Ледовом побоище»: «Уже смешались люди, кони…»

Дефицит сменился системой талонов на основные продовольственные товары, затем — тотальным дефицитом и, в конце концов, — победой рыночных отношений и развалом Советского Союза.

Вот тогда-то и хлынул народ из нищей России в благополучные страны за налаженной жизнью, за полными прилавками, за хорошей колбасой. Ибо отечественную колбасу стали обвинять во всех грехах — и туалетную бумагу в нее, якобы, добавляют, и пуговицы/человеческие ногти/крысиные хвосты и прочие ужасы в ней находят, и вообще делают неизвестно из чего.

А в Россию хлынул поток колбасы импортной. Однако она оказалась несколько странной, необычной и даже — страшно подумать — совсем невкусной, во всяком случае, от нее наши потребители ожидали большего.

Как выяснилось, высокие технологии позволяют использовать в колбасе не самое лучшее сырье. Мало того, на Западе вообще мясо даже первого сорта не принято пускать на колбасу, оно идет только в продажу. Ну не совместимо качественное сырье с рыночными отношениями! И как раз иностранцы очень высоко ценили именно наши колбасы, отдавая им должное при посещении СССР.

И неудивительно. Ведь даже самые популярные и вполне доступные вареные колбасы Любительская и Докторская состояли из мяса, причем высшего сорта. То есть на 100 кг колбасы вареной Любительской высшего сорта полагалось говядины жилованной высшего сорта 35 кг, свинины жилованной нежирной 40 кг, шпика хребтового — 25 кг.

Аналогично на 100 кг Докторской шло 25 кг говядины высшего сорта, 70 кг полужирной свинины, 3 кг яиц и 2 кг коровьего молока. Колбасы с таким составом действительно были уникальными по качеству и пищевой ценности! Если, конечно, часть сырья не уходила «налево»…

Если верить статистике, до 1990 г. в СССР на человека приходилось более 40 кг колбасы в год. Получается парадокс! В Советском Союзе, мировом лидере по производству колбасы на душу населения, ее никогда не было. Иногда вышеупомянутую мгновенно сметали с прилавков, иногда придерживали продавцы под угрозой увольнения.

А спустя некоторое время, когда обмороки у полных заграничных прилавков закончились, понятие «колбасная эмиграция» сменилось понятием «колбасная ностальгия». И появились рассказы, как наладил якобы кое-кто из бывших соотечественников производство «тех самых» колбас по «тем самым» рецептурам. И имели они, будто бы, невиданный успех на Западе, особенно среди бывших соотечественников.

А тем, кому такая колбаса все же не досталась, повезли российские родственники и друзья из России отечественные колбасы в подарок. Однако той — из детства — советской колбасы было не вернуть, стали другими и вкус, и цена. Или вылечились уж к тому времени пострадавшие от царского режима и колбаса как целительное средство потеряла актуальность, а потому и исчезла?

Впрочем, ностальгируют по колбасам советского времени не только эмигранты, но и жители России. И покупают, как известно, больше всего именно советские бренды — Докторскую, Любительскую, Краковскую, Московскую и, конечно, Сервелат.

Ценовая доступность колбас отражала как идею равенства, так и второстепенную роль крестьянства, труд которого так скромно оплачивался. И исчезла дешевая колбаса из высококачественного мяса одновременно с исчезновением Советского Союза.

Впрочем, исчезла не совсем. Ведь разработан современный ГОСТ на колбасы, сохраняющий преемственность с прежним, советским. И хотя «той самой» колбасы нет и быть не может, ведь все меняется — сырье, технологии, упаковка, советские бренды живут и процветают. Но сегодня, чтобы купить Любительскую с Московской, не надо ехать в другие города или занимать очередь в шесть часов утра.

Сегодня для большинства россиян колбаса — мясной продукт номер один, хотя это больше закуска, чем еда. «Докторская» так и остается одной из самых любимых и народных. Выпускают колбасу многие предприятия, а как по ГОСТу, так и по ТУ — техническим условиям, разработанным на этом предприятии. Поэтому на прилавках зачастую можно встретить несколько видов «Докторской», да и любой другой колбасы, в разных оболочках и по различным ценам.

Сегодня техусловия (ТУ) утверждаются не Совмином России, а самим предприятием, которое работает по принципу: меньше мяса — больше заменителей. С точки зрения качества продуктов самым лихим временем считается начало 90-х годов, когда конкуренция за рынки сбыта шла не на жизнь, а на смерть. Бывало, что колбасу мы ели… вообще без колбасы, то есть без мяса! Производители делали жировую эмульсию, добавляли “вкус” — и готово.

По великим пролетарским праздникам в такую “колбасу” добавлялся куриный фарш.Нынче ситуация не особенно улучшилась — колбасы второго сорта на 70% (!) состоят из сои и разных химических добавок, к мясу не имеющих никакого отношения. Соя очень хорошо впитывает влагу, на 1 кг такого порошка требуется 5—6 литров воды.
 
Считаем: если на 100 кг отдельно взятой колбасы используется до 10 кг сои, значит, туда же идет и до 60 литров воды. Вот вам 70 кг из 100 совсем не мяса! Так же широко используется каррагинан: растительный белок на основе морских водорослей. Он очень влагоемкий, при смешивании с водой уже в конечном продукте хорошо сохраняет плотность товара и его монолитность.

Советскую колбасу всегда будут вспоминать с ностальгией. Бабушки и дедушки — о том, что во времена их молодости она была настоящей, из мяса. Их дети — как трудно было ее достать в принципе, а если удавалось — то бутерброд становился праздником. И как отоваривали талоны. А нынешняя молодежь уже привыкла приходить в магазин и выбирать колбасу по своему вкусу и кошельку.


Помните такие высказывания:

«В год полета Гагарина в космос из продажи исчезли не только мясо (свыше половины его ранее давали личные хозяйства колхозников), но и сахар, и крупы, и даже возникли перебои с хлебом».

Вся эта программа построения коммунизма к 1980 году ещё в момент своего принятия в том же роковом 1962 году вызвала в народе глубокий скепсис и насмешки типа: «Мясо пропало потому, что мы идем к коммунизму семимильными шагами, а скотина за нами не поспевает».

«Уже с середины 1960-х годов на большей части территории страны мясо исчезает из свободной продажи. Купить его с этого времени можно лишь в кооперативной торговле или на колхозном рынке по значительно более высокой, чем государственная, цене».


А что было на самом деле:

Статистика потребления демонстрирует, что мясо и мясные продукты входили в рацион советских граждан, хотя по потреблению этих продуктов они отставали от жителей ряда западных государств. В 1984 г. советский потребитель съедал в течение года 64 кг. мяса, США — 108,2, Великобритании — 69,5, Швеции — 57,7. В более ранние периоды «эпохи застоя» потребление мяса было ниже, а отставание от стран запада — больше, однако мясо никогда полностью не исчезало из рациона граждан.

Ошибочные и гипертрофированные представления о потреблении мяса в СССР формировались под влиянием специфики его приобретения в торговле. Мясо в СССР поступало на стол граждан пятью основными способами:

1) Через систему госмагазинов (мясо говядина по 1,90 — 2,20). Фактически этим способом массово снабжались только Москва, Ленинград, столицы союзных и автономных республик, армия и некоторые города (при цене на говядину по 1,80-2,20 за кг. при средних закупочных ценах 85 года в 2,52 р. за мясо в тушах. То есть после доставки отрезания ливера и разделки это мясо должно было стоить рубля три — три пятьдесят. Полтора рубля к цене фактически дотировалось. А к 1990 году средняя закупочная по России была уже 3 рубля 38 копеек, то есть мясо не могло стоить в продаже дешевле пяти рублей — и датировалось уже по три рубля на килограмм.) Поэтому утверждение что этого мяса (по два рубля) «больше нигде не было» — почти верное. Но это не всё советское мясо это его меньшая часть, по некоторым оценкам — не более трети всего мяса потребляемого населением СССР.

2) Основная часть мяса потребляемого трудящимися поступала через систему столовых на предприятиях. (Для справки в CCCР работало примерно 350 000 столовых — по одной на каждые несколько сот человек населения, (из них в России — 170 000) Одновременно в столовых могли покушать свыше 20 миллионов человек.) Про них часто забывают, но через них проходили огромные объемы мяса, сопоставимые со всеми объемами госторговли мясом, в том числе и в глубинке, где, согласно мифу, «мяса по госцене никогда не было». Посетители столовых регулярно ели суп с мясом и котлету, азу или гуляш у себя по месту работы или учебы (среди студентов, по свидетельствам современников, почему-то были очень популярны сосиски).Обычная цена обеда (первое и второе с мясом) — от 40 до 60 копеек. На минимальную зарплату (70 рублей) можно было сытно покушать 150 раз — по пять раз в день. Впрочем, был и рыбный день. Один в неделю. Все его помнят и ругают, забывая, что он был рыбный только потому, что остальные дни в СССР были мясные. [Помимо столовых в СССР были еще и пельменные, а в пельменях тоже настоящее мясо.]

3) Через систему кооперативной торговли (мясо гов. по 3,00 — 3,50 за кг, колбаса полукопченая — по шесть). В сельской местности и малых городах система коопторга была основной, кто снабжал население мясом (после столовых). Как правило, никаких очередей там не было, даже в конце 80-х.

4) Через систему колхозных рынков. (В 1985 году в СССР постоянно работало 8 088 колхозных рынков на которых было полтора миллиона торговых мест. И они не пустовали.) В больших и средних городах рынки работали ежедневно, в мелких — по выходным, обычно с утра. Цены по стране сильно колебались: от кооперативного уровня в 3-3,50 в глубинке, до пяти рублей в крупных городах, и до десяти на крупных рынках в Москве (Центральный, Черёмушкинский и т. д. ). Впрочем, москвичам были доступны и периферийные рынки на окраинах города.

5) Собственное производство - разумеется на селе. У редкого колхозники не стояло на откорме поросёнка, а то и двух. Поросёнок за лето вырастает до 100-120 кг живого веса. Этим можно объяснить, что на селе в магазинах никогда не было мяса. Впрочем, по весне на рынках всегда была организована и торговля живыми цыплятами, для горожан. Во многих местах (по свидетельствам современников, особенно на русском юге и Северном Кавказе, на сервере как кто меньше) люди обязательно за лето на дачах выращивали два-три десятка кур на подножьем корму. Иногда и гусей (при наличии водоёма).

Такие вещи как охота мы не учитываем, хотя есть регионы (Север, сельская Сибирь) где это был основной источник, причем не со времен советской власти, а извечно — как традиция местного населения. Впрочем, отец одного из авторов статьи, хоть и коренной москвич но заядлый охотник, регулярно приносил домой увесистые части туши кабанов, лосей, не говоря о всяких утках, тетеревах и рябчиках — их вообще за пищу не считали. Так, баловство.

Вот так примерно складывался мясной баланс в СССР. Вся советская статистика продажи мяса населению идёт суммой трёх строчек: государственная, кооперативная торговля и общественное питание. Так в 1985 году по этим трём каналам было продано 12 миллионов 359 тыс. тонн мяса — то есть при населении в 272 мил человек по 45 кг мяса на душу населения. Те, кто любит говорить о поделанной советский статистике тут лучше бы замолчать, так как за каждый проданный килограмм торговая организация обязана была сдать денюшку в кассу. По свидетельствам современников, через кооп. торговлю тогда прокручивались значительные объемы «левого», неучтенного мяса, а прибыли клались в карман. То есть цифра 45 — заниженная. В нее также не входит ни рыночная торговля, ни собственное производство, ни охота.

А вот в гостатистику потребления мяса населением включалось также собственное производство мяса населением. Именно поэтому цифра потребления мяса в том же 1985 году составляет не 45, а 62 килограмма на душу населения в среднем по СССР.

Потребление мяса населением РФ в 2000 году упало до исторического минимума в 41 килограмм на душу населения. В настоящее время оно составляет около пятидесяти килограмм на душу населения в год, из которых около только 35 килограмм производится в стране, а остальное закупается за рубежом.

Итог: Мясо СССР было, его было много, его было больше чем сейчас, и «средний трудящийся» его получал, причем не только в Москве. Среднее потребление мяса составляло 60 (75 в конце 80-х), из которых около 2 кг СССР импортировал (однако экспортировал 10 кг рыбы). Это серьезно больше 54 кг в 2007 году (из них ~10 кг импорта).

Источник: http://pilip-pilipich.livejournal.com